Стихи про архитектуру



<
1
2
3
4
5
>

№ 15612

Вторая Троя

1

Какое красок обедненье!

И номера домов бледнели,
И пошевеливались листья, —
Бледнозеленые мазки.
Поспешных пешеходов лица —
Как маленькие маяки.
Двояковыгнутые линзы —
Прозрачно выбритые лица —
Вибрировали в отдаленьи,
Вблизи,
В безжизненных ущельях
Архитектуры.
Утепленье.
Ущербность красок.
Ущемленье.

2

Он образован этой ночью
На набережной.

Наш старик
Пришел на корточках,
Наощупь
Сюда.
И сам себя воздвиг.

Старик
Всю жизнь алкал коллизий,
Но в жизни
Трезво не взлетел.
Все признаки алкоголизма
Цитировались на лице.

Согбенный пережиток прошлых
Героик, —
Эллин!
Адмирал! —
Он отмирал.
И то не просто. —
Он аморально отмирал.

Ему бы памятником в Трою,
Чтоб —
На колени, ерунда!
Он в тротуар стучал, как тростью
Передним зубом!
И рыдал.

Он потерял лицо.
— Эй, дворник!
Я потерял.
Не поднимал -

Был дворник с юмором.
До боли
Он, дворник, юмор понимал.
— Лицо -
С усами -
(И ни мускул не вздрогнул. Старичок дает! )
— Валяется тут всякий мусор.
Возможно, поднял и твое.

3

Поспешных пешеходов лица —
Бледнозеленые мазки.
Пошевелившиеся листья —
Как маленькие маяки.

Прямоугольны переплеты
Окаменелостей-домов.
Все номера переберете
Недавно изданных домов.

Раздвинете страницу двери,
Обнимете жену-тетрадку,
С неподражаемым доверьем
Протараторите тираду,

Что стала ваша жизнь потолще,
Что вы тучнеете, как злаки,
Что лица вашего потомства —
Как восклицательные знаки!

Прохожий,
Ты, который бодрый,
Осуществи, к примеру, подвиг:
Уединись однажды ночью —
Поулыбайся в одиночку.

Не перед ликом коллектива,
Не перед лигой дружбы очной,
Не перед зеркалом картинным —
Поулыбайся в одиночку.

Ни возраста не поубавив,
Моральной избежав резни,
Дай бог тебе
Поулыбайться!
Во всяком случае —
Рискни!

Когда идет над берегами,
Твердея,
Ночь из алебастра
На убыль, —
Ты,
Не балаганя,
Себе
Всерьез
Поулыбайся.

4

Сидела девочка на лавке,
Склоня вишневую головку.
Наманикюренные лапки
Ее лавировали ловко.

Она прощупывала жадно
(сжимались пальчики, что клеммы)
Лицо,
Которое держала
На лакированной коленке.

Она с лица срезала капли
Росы излишней,
Слез излишних.
Ее мизинчик — звонкий скальпель —
По-хирургически резвился.

Проделав серию процессов
Прогулочных,
В ночь на сегодня,
Свое лицо нашла принцесса,
Решив тотчас его освоить.

Заломленный вишневый локон
Был трогательно свеж и мил.
Прооперировано ловко.
Все в норме.
Направленье — в мир.

Теперь лицо, как звезды юга!
Свое.
Мечтательницы юной.

И цельное лицо.
Процессы
Отображаются — к сближенью,
Такое, как:
У поэтессы,
У агентессы по снабженью.

Теперь бы туфельками тикать,
Да на троянского коня
Бряцающий надеть канат
Под видом тихой паутинки.

5

Любовь была не из любых.
Она любила. Он любил.

Рычала ночь богатырями,
Вращая страсти колесо.
Любили как!
Он — потерявший,
Она — нашедшая лицо.

Он — адмирал.
Она — Джульетта.
Любили!
Как в мильонах книг:
За муки ведь его жалела,
А он — за состраданье к ним.

Все перепутал чей-то разум.
Кто муж -
Которая жена -
Она не видела ни разу
Его.
А он — и не желал.

Ведь адмирал был одинокий.
Вполне возможно — одноногий.

А девочка была, как дынька.
Глаза янтарные — гордыня.

Возможно, разыграли в лицах
Комедию -
Так — не прошла.
Большое расхожденье в лицах:
Он — потерял,
Она — нашла.

6

Но ночи придают значенье,
Которая бела —
Случайно.
Встречают белую зачем-то,
А темную вот не встречают.

Встречайте темную! Танцуйте!
При снегопадах —
В дреме враг.
Охрану мудрую тасуйте
При белой ночи много раз.

Бинокли ей —
Не карнавалы.
Вам карабины —
Не валюта.
Уже крадутся караваны
Забронированных верблюдов.
Троянский конь уже построен,
В нем варвары сужают веко
От ненависти.
Посторонне
Им вето ваше.
Ваше вето.

Но оплодотворят потомков
Они по своему подобью.
Подобны будут до безумья —
Все узкоглазы, все безусы
Потомки,
Наголо, как сабли,
Острижены,
Равны, как гири.

А вы коня ведете сами
На карнавал.
И на погибель.

7

Дыхание алкоголизма.
Часы матерчаты, мягки.
Поспешных пешеходов лица —
Как маленькие маяки.

Да лица ли -
Очередями
Толпились только очертанья
Лиц,
Но не лица!
Контур мочки,
Ноздря,
Нетрезвый вырез глаза…

Лай кошки.
— Мяу — спальной моськи.
Ни лиц. Ни цели. И ни красок.

Перелицовка океана —
Речушка в конуре из камня.
Да адмирала рев:
— Охрана!
Лицо ищу! —
Валяй, искатель.
Все ощутит прохожий вскоре.
И тон вина. И женщин тон.
Лишь восходящей краски скорби
Никто не ощутит. Никто.

Прохожий, —
В здания какие! —
В архитектурные архивы
Войдешь, не зная кто построил,
В свой дом
Войдешь ты посторонним.
Ты разучил, какие в скобки,
Какие краски — на щиты,
Лишь восходящей краски скорби
Тебе уже не ощутить.

Познал реакцию цепную,
На алых площадях мерцал…

Лицо любимое целуешь,
А у любимой нет лица.

1963



Автор: Соснора Виктор
+0-
Дата: 04/08/2015


№ 18099

Послание, одобряющее стрижку волос

Если птичке хвост отрезать —
Она только запоет.
Если сердце перерезать —
Обязательно умрет!

Ты не птичка, но твой локон —
Это тот же птичий хвост:
Он составлен из волокон,
Из пружинок и волос.

Наподобие петрушки
Разукрашен твой овал,
Покрывает всю макушку
Волокнистый матерьял.

А на самом на затылке
Светлый высыпал пушок.
Он хорошенькие жилки
Покрывает на вершок.

О, зови, зови скорее
Парикмахера Матвея!
Пусть означенный Матвей
На тебя прольет елей *.

Пусть ножи его стальные
И машинки застучат
И с твоей роскошной выи
Пух нежнейший удалят.

Где же птичка, где же локон,
Где чудесный птичий хвост,
Где волос мохнатый кокон,
Где пшеница, где овес -

Где растительные злаки,
Обрамлявшие твой лоб,
Где волокна-забияки,
Где петрушка, где укроп -

Эти пышные придатки,
Что сверкали час назад,
В живописном беспорядке
На полу теперь лежат.

И дрожит Матвей прекрасный,
Укротитель шевелюры,
Обнажив твой лоб атласный
И ушей архитектуру.

* Под елеем подразумевается одеколон



Автор: Олейников Николай
+0-
Дата: 04/08/2015

№ 19669

Notre-Dame

Другие здания
Лежат,
Как грязная кора,
В воспоминании

- о Notre-Dame’e.

Прошедшего
Возвышенный корабль,
О время зацепившийся
И севший на мель.
Рсскрыли дверь —
Тоски тяжелей;
Желе
Из железа —
Нелепее.
Прошли
Сквозь монаший
Служилый елей
В соборное великолепие.
Читал
Письмена,
Украшавшие храм,
Про боговы блага
На небе.
Спускался в партер,
Подымался к хорам,
Смотрел удобства
И мебель.
Я вышел —
Со мной
Переводчица-дура,
Щебечет
Бантиком-ротиком:
«Ну, как вам
Нравится архитектура -
Какая небесная готика! »
Я взвесил все
И обдумал, —
Ну вот:

Он лучше Блаженного Васьки

*

.

Конечно,
Под клуб не пойдет —
Темноват, —
Об этом не думали
Классики.
Не стиль…
Я в этих делах не мастак.
Не дался
Старью на съедение.
Но то хорошо,
Что уже места
Готовы тебе
Для сидения.
Его
Ни к чему
Перестраивать заново —
Приладим
С грехом пополам,
А в наших —
Ни стульев нет,
Ни орга- нов.
Копнёшь —
Одни купола.
И лучше б оркестр,
Да игра дорога —
Сначала
Не будет финансов, —
А то ли дело
Когда орга- н —
Играй
Хоть пять сеансов.
Ясно —
Репертуар иной —
Фокстроты,
А не сопенье.
Нельзя же
Французскому госкино
Духовные песнопения.
А для рекламы —
Не храм,
А краса —
Старайся
Во все тяжкие.
Электрорекламе —
Лучший фасад:
Меж башен
Пустить перетяжки,
Да буквами разными:

-«Signe de Zoro»,

Чтоб буквы бежали,
Как мышь.
Такая реклама
Так заорет,
Что видно

- во весь Boulmiche.

А если
И лампочки
Вставить в глаза
Химерам
В углах собора,
Тогда —
Никто не уйдет назад:
Подряд —
Битковые сборы!
Да, надо
Быть
Бережливым тут,
Ядром
Чего
Не попортив.
В особенности,
Если пойдут
Громить
Префектуру
Напротив.
1925 г.


про архитектуру,  про оркестр,  про рекламу,  про стул.

Автор: Маяковский Владимир Владимирович
+0-
Дата: 04/08/2015

№ 20506

Набросок декорации

Цветок гвоздики — воплощенный крик
Фанатика — застыл в хрустальной вазе.
Тетради, авторучка, стопка книг,
Резистор «Шарпа», сдвинутый по фазе.
С ТВ, передающего финал,
В окошко на изменчивое лето
Глазеет эротический журнал,
Заложенный тростинкою «жиллета».

Здесь желтые стенные стеллажи
Развешаны по плану Бруннелески
И Корбюзье. В желудках голланд джин
Здесь смешивают с пойлом жигулевским.
Дым сигарет, нависший над столом,
Сплетая кольца в виде позументов,
Настолько густ, что вместе с топором
Удержит гроздь слесарных инструментов.

Здесь плитка (чтобы ужин согревать)—
Зимою накаляет атмосферу.
Здесь до того широкая кровать,
Что не могла и сниться пионеру.
Два ветхих кресла в пятнах и в пыли
Стоят, как соломоновы палатки.
По вечерам у скошенной двери
Теснится обувь в шахматном порядке.

Здесь, дополняя общий колорит,
Блестит из-под вина пустая тара,
Что твой Клондайк. На гвоздике висит
Беременная звуками гитара,
К которой, как завзятый акушер,
Подходит временами пьяный автор
И, словно скальпель, запускает в щель
Свой обоюдоострый медиатор.

Здесь три медведя, сидя на бревне,
Соседствуют с изображеньем Стинга.
И в зеркале овальном на стене
Порою отражается блондинка,
Когда она — в желанье превозмочь
Тоску свою печальными стихами —
Приходит, чтоб остаться на всю ночь,
Наполнив сумрак сладкими духами.

Под вечер, путь держа в родной бедлам,
Пройди сквозь тополей архитектуру
(бульваром то есть), с горем пополам
Ступенек одолей клавиатуру.
Войди, как в храм Эфеса Герострат,
И заключи при помощи эскорта
Из темных штор и лампочки в сто ватт
Все мирозданье в рамки натюрморта.

1994



Автор: Гильфанов Ренат
+0-
Дата: 04/08/2015


№ 21137

Метаморфозы

Как мир меняется! И как я сам меняюсь!
Лишь именем одним я называюсь,
На самом деле то, что именуют мной, -
Не я один. Нас много. Я — живой
Чтоб кровь моя остынуть не успела,
Я умирал не раз. О, сколько мертвых тел
Я отделил от собственного тела!
И если б только разум мой прозрел
И в землю устремил пронзительное око,
Он увидал бы там, среди могил, глубоко
Лежащего меня. Он показал бы мне
Меня, колеблемого на морской волне,
Меня, летящего по ветру в край незримый,
Мой бедный прах, когда-то так любимый.

А я все жив! Все чище и полней
Объемлет дух скопленье чудных тварей.
Жива природа. Жив среди камней
И злак живой и мертвый мой гербарий.
Звено в звено и форма в форму. Мир
Во всей его живой архитектуре —
Орган поющий, море труб, клавир,
Не умирающий ни в радости, ни в буре.

Как все меняется! Что было раньше птицей,
Теперь лежит написанной страницей;
Мысль некогда была простым цветком,
Поэма шествовала медленным быком;
А то, что было мною, то, быть может,
Опять растет и мир растений множит.

Вот так, с трудом пытаясь развивать
Как бы клубок какой-то сложной пряжи,
Вдруг и увидишь то, что должно называть
Бессмертием. О, суеверья наши!

1937



Автор: Заболоцкий Николай
+0-
Дата: 04/08/2015

№ 22085

Архитектуру не приемлю...

Архитектуру не приемлю,
Когда вокруг лесной тропы
Российскую больную землю
Сосут кирпичные клопы.

2003


про архитектуру.

Автор: Вознесенский Андрей
+0-
Дата: 04/08/2015


№ 22926

А здоровье? Уж не наше ль...

А здоровье- Уж не наше ль
Славно крепостью стальной -
Но скорее немца кашель
Схватишь, друг любезный мой.
Здесь и русская натура
Не защита, трынь-трава!
Уж у нас архитектура
Летних зданий такова!
Словно доски из постели,
Наши стены толщиной,
И в стенах такие щели,
Что пролезешь с головой.
Дует в спину, дует в плечи,
Хоть закутавшись сиди, -
Беспощадно гаснут свечи
И последний жар в груди.
А когда на долы свыше
Благодатный дождик льет,
Не укроешься под крышей —
Он и там тебя найдет.
На дорожках грязь и слякоть,
И, скучая день и ночь,
Ты готов со злости плакать —
Но слезами не помочь!

Но бывают дни в неделе,
Солнце ярко так горит
И приветно во все щели
И в окошко к нам глядит,
И бежишь тут из лачужки
По лесной дороге вдаль,
Чтоб кукуканьем кукушки
Разогнать свою печаль,
Чтоб пред солнечным закатом
На лужайке полежать
И еловым ароматом
Для здоровья подышать,
Чтоб могла тебе природа
Все открыть свои плоды,
Чтоб скорей тебя в урода
Превратили комары…
Отвратительное племя!
Жгут, тиранят и язвят…
И хорошее-то время
Превращают в сущий ад.
В лето крови благородной
Выпьют, верно, самовар.
Ведь комар, мой друг, — природный,
Не булгаринский комар…

1844



Автор: Некрасов Николай Алексеевич
+0-
Дата: 04/08/2015

№ 28361

Верийский спуск в снегу...

_Г. Маргвелашвили


Верийский спуск в снегу.
Согреемся немного
И потолкуем. Вот кафе «Метро».
О Корбюзье, твое дитя мертво,
Стеклянный домик выглядит убого.

В содружестве железа и стекла
Мы кофе пьем, содвинув два стола.
Курдянка-девочка с отчаяньем во взгляде
Нам по четвертой чашке принесла
И, слушая, таится где-то сзади.

О, на какой загубленной лозе
Возрос коньяк, что стоит восемь гривен-!
Продолжим разговор о Корбюзье:
Ну да, конечно, я консервативен.

Ну да, светло, тепло — и вместе с тем
Душа тоскует о старье и хламе, —
Свет фонаря в любом убогом храме
Куда светлей, чем свет из этих стен.

Вот какова архитектура храма:
Через фонарь в округлом потолке
На человека небо смотрит прямо,
И с небом храм всегда накоротке.

Свет фонаря в пределы храма с неба
Является, как истина сама.
Смотри, как много навалило снега.
Верийский спуск. Зима, зима, зима…



Автор: Межиров Александр
+0-
Дата: 04/08/2015

<
1
2
3
4
5
>